Форум

Поиск
Вывод ответов по порядку

Тема: Публикации о преподавателях Лицея В темы

Автор: Светлана Римшевич
Публикуем статьи о преподавателях, руководителях и прочих значительных деятелях Пушкинского лицея г. Риги.
17 ноября 2004.

Ответы

Автор: Гость
Мне посчастливилось учиться у Андрея Георгиевича в 1992-93 году, когда он только пришёл в Пушкинский лицей. Именно он открыл для меня русскую литературу. Он нам начал рассказывать не о Пушкине и Лермонтове, а о тех, о которых мы на закате советской школы и не слыхивали - Розанов, Бердяев, Булгаков (философ), Мережковский. Рассказывал о символизме, акмеизме, футуризме. В моей памяти он остался одним из любимейших моих преподавателей.
26 мая 2011.

Автор: rima
http://www.telegraf.lv/index.php?gid=69&id=16857

17 ноября 2005
"Телеграф"


В ХОД ИДЁТ ПРОВОКАЦИЯ

Она помогает учителю оторвать ребёнка от компьютера и вернуть к книге



— Давайте на время забудем обо всех Ваших титулах, — предупредила я заранее учителя словесности Пушкинского лицея Андрея Ефремова. — О званиях "Учитель года", о международных победах. Меня интересует другой вопрос: неужели Ваши любимые Достоевский, Пушкин, Гоголь сегодня актуальны? Я лично предпочитаю современных авторов.


СКОЛЬКО РАЗ УБИВАТЬ ПРОЦЕНТЩИЦУ

Задала вопрос — и тут же зажмуриваюсь, сейчас услышу длинную менторскую отповедь: "Разве можно так ставить вопрос? Душу надо воспитывать на классиках". Но в ответ звучит совсем другое:
— Дети не читают классику, потому что учителя не читают и родители. Меня на открытом уроке в Доме Москвы на днях спросили: как заставить ребёнка что-то прочесть? Я сказал: прочтите сами. Даже если вы это уже когда-то штудировали. Знаете, сколько раз я перечитывал "Преступление и наказание" Достоевского? Восемь раз — и каждый раз открывал что-то новое.
— А вот Ваши продвинутые ученики читают Пелевина, Сорокина, — вставляю я.
— И пусть читают, и пусть в Интернете сидят. А придут на урок, и я объясню им, что постмодернист Сорокин — большой любитель центона. (Центон — произведение, представляющее собой компиляцию избранных цитат из различных сочинений. — О.Н.) Берёт фрагменты из классиков — из Достоевского, Толстого — и обыгрывает контраст прежнего и нового контекста. Получается литературное лоскутное одеяло. Или взять Пелевина, который написал дзен-буддистский роман. А что в нём от дзен-буддизма, неясно. Но чтобы во всём этом разбираться, надо знать классику.
Однажды в России, где я проводил открытый урок в одной из псковских школ, я сознательно начал говорить детям, что Раскольников — герой нашего времени. Он талантливый преступник и прогрессивный человек, даже солнцем его назвал. Раскольников вынужден был совершить преступление, чтобы сломать старый косный моральный закон и освободить место для нового. Что тут произошло с детьми! Как они начали возмущаться, кричать, что на крови ничего не построишь! Негодовала и их учительница: в учебнике другое написано! А я был рад — всколыхнул их души, заставил самих выводить моральный закон.



КАК ПОЙМАТЬ ДРАЙВ

— Андрей Георгиевич, в Доме Москвы Вы вели урок перед 250 слушателями, в основном учителями, то есть перед взрослыми. Слушали Вас, безусловно, очень внимательно, но вопросов-то было мало, один-два.
— Да, меня это самого удивляло. Мне один человек даже позвонил позже и сказал, что не согласен с моей интерпретацией. И тут же бросил трубку. А хотелось поспорить, сравнить точки зрения. Я ведь после того показательного урока не мог заснуть — всё в уме прокручивал сказанное. Со школьниками работать легче. Я для них как раскрытая новая книга. А тогда коллегам старался рассказать то, что они, скорее всего, не знали. И тему взял соответствующую: "Фантастические люди в романе Достоевского "Преступление и наказание". В романе ведь современные, сегодняшние люди — неординарные, способные, одарённые. Но их поступки, в зависимости от контекста, можно трактовать или как позитивные, или как негативные.
Хочу сказать, что учитель сегодня не только педагог - он и психолог, и актёр, и философ. Если тебя не слушают, если нет контакта с аудиторией — ты не профессионал. Сегодняшние школьники очень многое знают и нередко ставят во главу угла холодный разум, рациональность. Что я делаю? Доказываю, что нельзя жить без чувств, совести, нравственных законов. Это для нас с вами очевидно, но детям это надо заново открывать.
К счастью, наши дети смотрят хорошие российские сериалы — "Идиот", "Есенин". Потом задают массу вопросов на уроках и... принимаются за чтение классики.


Ольга НОВИКЕВИЧ


17 ноября 2005.

Автор: rima
http://www.chas-daily.com/win/2005/11/07/g_002.html?r=33&

7 ноября 2005
"Час"


ПО ТУ СТОРОНУ ДОБРА И ЗЛА


На днях в рижском Доме Москвы прошёл открытый урок литературы. Многократный лауреат учительских конкурсов, педагог Пушкинского лицея Андрей Ефремов исполнял роль учителя. Зрительный зал был классом. Тема урока: "Фантастические люди в романе Ф.М.Достоевского "Преступление и наказание".


На глазах изумлённой публики родилась новая традиция - публичных мастер-классов, организованных ЛАПРЯЛ (Латвийской ассоциацией преподавателей русского языка и литературы). Первый открытый урок собрал на удивление много зрителей - учителей, школьников, родителей.

Затаив дыхание "Час" наблюдал массовое погружение в глубину философии Достоевского. Тварь я дрожащая или право имею? Есть ли кровь по совести? Всегда ли прогресс - благо? Оправданно ли преступление во имя идеи? Может ли быть наказание очищением? Вопросы, поставленные писателем в XIX веке, актуальны и по сей день. Возможно, потому многие так стремились высказаться.

...Итак, фантастический, неординарный человек с неоконченным юридическим образованием Родион Раскольников запирается у себя в каморке, больше похожей на шкаф или гроб, и начинает размышлять о том, "тварь ли я дрожащая или право имею?". Почему дрожащая тварь? И право на что? Сочетание "тварь дрожащая" - из Корана. Она, эта тварь, должна повиноваться. А "право иметь" могут лишь особые, исключительные люди.

XIX век начался с идей социалистов-утопистов: программы радикального переустройства общества Роберта Оуэна, теории рационализма с "новым христианством" Сен-Симона. Потом был манифест эгоцентризма Макса Штирнера, чуть позже - манифест компартии Маркса и Энгельса и наконец - "Происхождение видов" Чарльза Дарвина.

Согласно модным в то время философским теориям, люди делятся на две категории: на низшую, или материал, служащий единственно для зарождения себе подобных, и высшую - фантастических, особенных людей, исторических личностей. Первые должны быть послушны, вторые имеют право на всё, в том числе и на преступление.

- Что же такое преступление? - обратился Андрей Георгиевич к залу.

Верный вариант нашелся сразу: от слова "переступить". Через что? Через нравственный закон. Уголовный закон - земной, он претерпевает постоянные изменения. И только нравственный закон остается незыблемым, а значит - он высший.

Верит ли Раскольников в Бога? Не верит. Однако же, отправляясь "устранять" старушку- процентщицу, говорит: "Господи, помоги мне!" И потом еще не раз обращается к Богу.

- Русская традиция, - раздаётся из зала мнение.

- Наверное, в этом что-то есть, - с лёгкой горечью соглашается учитель. - Как говорил сам Достоевский, русский человек одновременно созерцает бездну добра и бездну зла, отсюда и специфика его характера. Он не срединный человек, а экстремальный - человек двух крайностей. Собираясь на преступление, просить о помощи Господа, - на такое способен только фантастический человек.

Были и есть, убежден Андрей Ефремов, талантливые люди, которые искренне хотят и могут изменить общество к лучшему, но всегда были и есть люди, которые искренне верят, что только их мнение, их правда - абсолютны и истинны. Отсюда - нарушение нравственных законов. Я - прогрессивная личность, я - меньшинство? Или тупое, никчемное большинство? Вот в чем вопрос романа.

- Раскольникову никак не хочется быть в этом большинстве, - говорит Андрей Георгиевич. - Ему хочется иметь право. Но как проверить, как убедиться в том, что я, Раскольников, не тварь дрожащая? Конечно, сомнения есть, убить или не убить. Но так всё гладко складывается... Все обстоятельства работают в пользу "убить". Зашёл в трактир, а там студент и офицер как раз беседуют о старушонке. До Раскольникова долетают слова студента: мол, вредная старуха, хорошо бы кто-нибудь ее убил, потому что на самом деле деньги, которые она скопила, пойдут же в монастырь. С их точки зрения, деньги, вложенные в монастырь, - потерянные для общества. Потом заглядывает в каморку - а там никого, берёт топор, прячет за пазуху, вышел - никого нет, поднимается по лестнице - никого нет, никем не замеченный идёт к старухе... Надо же, всё подтверждает моё право, мою правду...

...Каторжники Раскольникова не принимали. Они бросали ему в лицо: "Ты в Бога не веруешь!" Всякий атеизм берёт начало в нигилизме, а конец может быть очень разным - большевизм, фашизм, даже некоторые причудливые формы демократии...

- Зачем нам, читателям, которые никогда в руки и топор-то не возьмут, всё это проходить? Зачем этот Достоевский заставляет нас страдать вместе с Раскольниковым? - спрашивает учитель "учеников".

- Он исследует природу преступлений!

- Чтобы подвести к мысли, что за каждым преступлением неизбежно следует наказание!

- Чтобы дать понять, что над душами людей часто господствуют отвлечённые теории, и это страшно. Беда в том, что разум и сегодня доминирует над чувствами.

- Достоевский считал, что всякий человек способен совершить преступление, - подвёл итог Андрей Георгиевич. - И всякая теория опасна, если она не проходит через сердце человека. Преступление начинается тогда, когда мысль о нём лишь возникает. Получается, что преступление - болезнь, а наказание - выздоровление. И когда Раскольников на свободе - он не свободен, а на каторге он получает свободу.

...Признаться, такие выводы отчего-то не приходили в голову ни учителям, ни ученикам конца прошлого века. А ведь тоже учили Достоевского, "Преступление и наказание" читали.

- Кто-то из вас заметил, что фантастические люди - это те, кто нарушает привычный порядок вещей, - сказала заместитель директора Пушкинского лицея Алина Борисовна Владимирская. - Кто-то здесь назвал фантастическим человеком Андрея Георгиевича. Открою вам секрет: он ведь не просто преподаватель литературы, он - философ. Он еще и художник: видели бы вы, как он рисует! Кроме того, это высочайшей нравственности человек.

"Часу" тоже хочется выразить огромную признательность Учителю за высокое мастерство и талант, который, конечно же, от Бога. Ученикам его повезло невероятно...



Элина ЧУЯНОВА
07 ноября 2005.

Автор: rima
http://rus.delfi.lv/temp/vesti/VS_257_04.pdf

5 ноября 2005
"Вести сегодня"


От Достоевского до наших дней


В четверг в Доме Москвы состоялся небывалый урок русской литературы: около 200 человек пришли послушать учителя Пушкинского лицея Андрея Ефремова.


Учитель волновался - несмотря на то, что не раз участвовал и побеждал во всевозможных конкурсах. Но такая большая аудитория собралась впервые. Послушать урок по Ф.Достоевскому пришли школьники и учителя - как молодые, так и убелённые сединами. И на лицах этих мэтров были улыбки восторга и гордости за Андрея.

"Дар напрасный, дар случайный, жизнь, зачем ты мне дана?" - этими пушкинскими строками начал свой урок учитель. И полетело: кто такие - фантастические люди Достоевского? Откуда возникла идея сверхчеловека? Верит ли Раскольников в Бога? Почему все исторические деятели, с его точки зрения, являются преступниками? Кто устанавливает границы Добра и Зла? Почему Достоевский заставляет нас страдать вместе с героем? Что является наказанием за преступление?

Педагог отвечал сам и искал помощи у зала. И слушатели охотно участвовали в обсуждении. Те же, кто не перечитывал классика со школьных времён, открывали его заново. Время работы над романом "Преступление и наказание" - это время, когда в воздухе запахло "грозой", когда фантастические люди предлагают программу рационального переустройства общества, пишут "Манифест Коммунистической партии", формулируют "Происхождение видов", устраивают восстания в Европе, убийство Линкольна и покушения на Александра Второго.

Разум, рациональность - вот что выдвигается на первый план с начала XIX века. Духовное начало, вера в Бога - на свалку истории. Учитель напомнил, что "фантастические люди" по Достоевскому - это не столько сверхчеловеки, сколько люди, оторванные от нравственной почвы. А как позже писал известный русский философ Бердяев, если нет ничего над человеком и внутри него, нет и самого человека, ибо он распадается и нравственно, и физически. Мы знаем, что такие сверхчеловеки не раз за историю XX века пытались разрушить мир до основания, уверенные в своём праве вершить судьбы целых народов. Коммунизм, фашизм, терроризм, даже идея всемирной демократии, принимающая сегодня в головах отдельных политиков маниакальную форму - из той же оперы.

"Как вы вызываете у своих учеников интерес к Достоевскому и к русской литературе вообще?" - спросил у Андрея Ефремова кто-то из зала. "Для этого надо самому открывать для себя Достоевского каждый раз, когда читаешь его, - ответил учитель. - Читаешь семь раз "Преступление и наказание" и семь раз открываешь что-то новое!"

Кто-то укорил Ефремова за то, что на этом открытом уроке он ответил не на все поставленные вопросы. Но разве это главное? Конечно, можно преподавать литературу, используя готовые схемы и шаблоны, но современные педагоги-новаторы считают, что гораздо важнее дать возможность ребёнку самому найти ответы на эти вопросы. Ведь только тогда он внимательно прочитает классический роман. По собственной воле, а не по указке учителя.



Факт

Такие открытые уроки Латвийская ассоциация преподавателей русского языка и литературы (ЛАПРЯЛ) планирует проводить регулярно. Следующий запланирован на январь.



Юлия АЛЕКСАНДРОВА
07 ноября 2005.

Автор: Светлана Римшевич
25.02.2003
«Вечерняя Рига»

Пушкин – гений и гусар

Для многих из современной молодёжи главная информация о великом Пушкине состоит в том, что в жилах его текла негритянская кровь. Такое уж время – что угодно любым способом обстебать, обсмеять, «найти прикол». Метод борьбы с этим явлением, пожалуй, один – просветительский. Любовь к прекрасному надо прививать. Именно этим и занимается Нинель Ивановна ПОДГОРНАЯ – известный краевед, историк и литературовед-пушкинист.
Трудно найти человека, преданного своему делу более, чем Нинель Ивановна. Даже свою квартиру она превратила в настоящий музей, посвящённый Пушкину.

Диверсия имени Керн

Нинель Ивановна – автор недавно вышедшей книги «И Александр Сергеевич прогуливается... по Домской площади». Нет, великий поэт никогда не посещал ни Ригу, ни даже Прибалтику. Но тем не менее и нашему городу нашлось место в судьбе русского гения. Как рассказывает Нинель Ивановна, семь из одиннадцати писем Пушкина к Анне Керн были адресованы именно в Ригу.
- Анна Петровна жила на Цитадельной площади по адресу, которого сейчас уже не существует – Кронсгебейде, 1, - рассказывает Нинель Ивановна. – В 1977-м году на этом месте начали строить «Агропром». В книге есть гравюрный триптих с изображением этого двухэтажного каменного дома – работы художника Евгения Синилова из Камышина. Сделал он их по акварели рижского архитектора Юрия Васильева. Дом находился на территории военной части. Когда стало известно, что он идёт под снос, Юрий Васильев попытался через пролом в заборе пробраться к нему и сделать для истории фотографию. Однако его заметил часовой – «диверсия» была пресечена. Тем не менее Юрий Васильев смог по памяти написать и саму площадь, и дом Анны Керн. Сейчас эта акварель находится в музее «Пушкин и Балтия». А на Цитадельной площади установлен памятник Анне Петровне, который создала скульптор Лигита Улмане.
О связях Александра Сергеевича с Прибалтикой можно писать бесконечно. Исторического материала, «раскопанного» историками-пушкинистами, хватит на несколько томов. В Эстляндии жили его предки: чёрный прадед поэта Абрам Ганнибал прожил здесь 21 год. По отцу род Пушкиных восходит к литовскому князю Гедимину. В Литве жили и служили сыновья Пушкина Александр и Григорий. В университете Дерпта (Тарту) учились два хирурга, принявшие последнее дыхание Александра Сергеевича. Художники, создавшие первые прижизненные портреты поэта, тоже в большом числе были выходцами из Балтии. Бабушка жены Пушкина Натальи Гончаровой была баронессой древнего эстляндского рода. И так далее, далее и далее. Пусть не прямых, но косвенных глубинных связей Пушкина и Прибалтики – огромное количество. Вряд ли кто-то ориентируется в них лучше Нинель Ивановны - насколько это возможно, собравшей весь этот уникальный исторический материал воедино.
- В 1989-м году Балтийско-славянское общество решило провести выставку в честь 190-летия поэта, - вспоминает Нинель Ивановна Подгорная. – Я объездила всю Прибалтику, побывала в Ленинграде, Москве, собрала материал из 11 музеев и 10 библиотек. Вместе с Феликсом Талбергом нами были подготовлены целых 28 стендов – с фотографиями, архивными письмами, переводами Пушкина на языки балтийских народов. Были также скульптуры, гравюры, картины прибалтийских мастеров. Выставка продолжалась полтора месяца – посмотреть её приезжали целыми автобусами из Таллинна, Вильнюса, Вентспилса, Даугавпилса, Лиепаи и, конечно, из России.
Разобщать такой уникальный материал после окончания выставки было бы преступлением. Так при Пушкинском лицее появился музей «Пушкин и Балтия», возглавляемый Нинель Ивановной.
- Несмотря на то, что мне сейчас уже 73 года, я постоянно провожу в нём экскурсии на трёх языках – русском, итальянском и английском. В принципе, моя книга – это и есть этот музей, только перенесённый на бумагу.

«Передо мной явился... кто?»

Специалистов по творчеству и жизнеописанию Пушкина сотни, если не тысячи. Среди них есть даже что-то вроде конкуренции – в толковании того или иного факта из жизни поэта или его близкого окружения. По словам Нинель Ивановны, есть и многочисленные спекуляции. Например, вокруг истории написания одного из самых знаменитых стихотворений Александра Сергеевича «Я помню чудное мгновенье...».
- В последнее время появилась якобы «версия», что это признание в любви, сделанное Александром Сергеевичем Анне Керн, на самом деле предназначалось не ей, а императрице Елизавете, - говорит Нинель Ивановна. – Абсолютная чушь! Совершенно наглая подтасовка фактов, на которую идут лже-историки из желания быстро и дёшево прославиться.
Вообще же для пушкинистов по-настоящему драгоценна любая новая деталь жизни как самого поэта, так и его близких. Трудно представить, на что бы они согласились пойти ради одной-единственной нигде ранее не звучавшей строчки.
- Меня и мне подобных скорее стоит назвать пушкинистами-любителями, - говорит Нинель Подгорная. – Доступа к российским – самым богатым – музейным архивам мы, увы, не имеем и в большей части вынуждены довольствоваться исследованиями более высокопоставленных в научно-литературном ранге коллег. Поэтому большое открытие, вроде неизвестного стихотворения, нам совершить трудно (смеётся), но и нам работы хватает: Пушкин – тема неисчерпаемая.

Бесценная галлюцинация

По поводу вечно и над всем зубоскалящей молодёжи: к удивлению, Нинель Ивановна с этим не согласилась. По её словам, хоть у нынешних подростков и не такое знание русской литературы, как это было в годы былые, но всё же интерес к ней не пропал.
- Когда начинаешь рассказывать о Пушкине, видишь, как у подростков загораются глаза. Они не остаются равнодушными – это признак того, что не всё так плохо, как иногда кажется. Само наше время не особенно поэтическое, но настоящее искусство, каким был и остаётся Пушкин, к сердцам дорогу находит с лёгкостью. Я сама впервые и навсегда «заболела» им в детском возрасте. «Бахчисарайский фонтан» - первая поэма, которую я сама прочитала. Это было нечто удивительное – то впечатление и сейчас меня не покидает.
Впрочем, Александр Сергеевич и сам часто был не прочь пошутить – наверное, это нынешним подросткам должно импонировать. Его фривольная поэзия, вроде баллады «Тень Баркова», не попала в академическое издание поэта даже при условии малого тиража и пометки «спецтом» (впервые эту балладу издали вдалеке от России - в Италии).
- Такова была дворянская молодёжь того времени – иногда они шалили между собой. У Александра Сергеевича было много друзей-гусаров – знаменитый Денис Давыдов, например. Соответственно, кроме основного своего творчества он писал и шутливые, иронические, не для публикации, а скорее для весёлой мужской компании стихи, - рассказала Нинель Ивановна и продекламировала несколько строк (смешных, на самом деле) с условием их не публиковать. – Пушкин писал «лёгкие» стихи, но не «перебарщивал» при этом, как тот же Барков. По сравнению с тем, что сейчас каждый день выплёскивают на нас с экранов телевизоров – это детские сказки. Кроме того, Пушкин не гордился этими стихами и даже скорее стеснялся их. Свою эротическую поэму «Монах», например, он отдал князю Горчакову с тем, чтобы тот её уничтожил. Все были уверены, что князь так и сделал – о поэме сохранилась только легенда. Когда же пушкинист Щёголев нашёл в архивах князя бумаги, исписанные рукой Александра Сергеевича, то подумал, что галлюцинирует – буквально. Боясь, что драгоценные строки исчезнут, он бросился их тут же записывать на обшлагах своей одежды. Тогда это было открытием века. В любом случае, каждая пушкинская строчка – даже из таких его стихов – это настоящий, бесценный бриллиант поэзии. Это вам подтвердит любой, мало-мальски разбирающийся в стихах литературовед.

Александр ПРОКУДИН
16 декабря 2004.

Автор: Светлана Римшевич
24.08.2002
«Час»

500 прекрасных дам ждут своего издателя

Два года назад в Латвии вышла книга Нинель Подгорной «За любовь и отечество», посвящённая российскому императорскому ордену Святой Екатерины Большего креста. На презентацию этой книги прибыла из Парижа сама великая княгиня Леонида Георгиевна, старейшая представительница императорского дома Романовых. С тех пор прошло два года, и вот на письменном столе Нинель Подгорной снова выросла гора рукописей.

По этому случаю «Час» побывал в гостях у Нинель Ивановны. В этом году она закончила книгу, в которой собраны портреты и биографии дам ордена Святой Екатерины Меньшего креста. Готовы к печати ещё две объёмистые рукописи, одна из которых посвящена Пушкину. Вот только б найти издателя...
- Я бессребреница, о гонораре и не заикаюсь, - говорит Нинель Ивановна. - Когда вышла моя предыдущая книга, я за неё ни копейки не получила. Но от души благодарна депутату Олегу Денисову, который нашёл средства для её издания.
Кстати, трудами Нинель Подгорной заинтересовался Российский фонд культуры. Собирается провести в Москве презентацию книги «За любовь и отечество». На эту презентацию тоже приедет великая княгиня Леонида Георгиевна. Возможно, российских меценатов заинтересуют новые работы Подгорной. И тогда её рукописи наконец увидят свет. Но на организацию презентации тоже нужны деньги. Замкнутый круг какой-то...
Как рассказала «Часу» Нинель Подгорная, её увлечение началось с коллекционирования портретов Романовых. Потом она заинтересовалась российскими императорскими орденами, пушкинской темой в истории Прибалтики. Результатом стало участие в организации грандиозной пушкинской выставки в 1989-м году и создание на её основе музея при рижском Пушкинском лицее. Музей называется «Пушкин и Балтия», Нинель Подгорная - его бессменный директор.
Работа над книгами по истории ордена Святой Екатерины началась, по словам Нинель Подгорной, тоже благодаря Пушкину. В пушкинских заметках «История Петра» рассказывается о появлении этого единственного в России женского ордена. Пётр Первый учредил его в честь своей жены Екатерины, которая во время кампании против турок спасла русские войска от плена, отдав за это турецкому паше все свои драгоценности. Как-то коллеги-историки, побывавшие на экскурсии в музее, подбросили Нинель Ивановне идею - написать книгу о дамах, награждённых этим орденом за 250 лет его существования.
- После этого я всю ночь не спала, так меня взволновала эта тема. Боже мой, какой труд - да тут целой жизни не хватит! Но потом подумала, что если я не возьмусь, то никто ещё лет сто не возьмётся. И с тех пор эта тема не давала мне покоя. Приходилось собирать информацию прямо по горошине, тем более об иностранках. Писала запросы в библиотеки и архивы. Даже с королевскими дворами посмела списываться, нахалка такая!
Только секретарь норвежской королевы мне отказал, а в основном все помогали. Я получила семь пакетов с портретами из самого Виндзорского замка! Бывало, что я в два часа ночи вставала, часов до восьми писала, а к 10 мне уже нужно было попасть в библиотеку, чтобы откопировать найденный вчера материал. Потом я бежала ещё куда-нибудь - зарабатывать копейки, чтобы хватило на следующее копирование, - рассказывает Нинель Подгорная.

Работы было море. В России существовал орден Св. Екатерины I степени - он назывался орденом Большего креста, и II степени, то есть Меньшего креста. Первый предназначался для цариц, принцесс, королев, великих княгинь и княжон, прочих титулованных особ. Другим награждались графини, княгини, вдовы крупных военачальников, супруги генерал-адъютантов императора, иногда фрейлины.
- Все эти женщины много занимались благотворительностью. Строили больницы, приюты... И какие! Не такие, как сейчас строят. Простоят еще 200 - 300 лет! Они образовывали организации Красного Креста, школы медсестёр, выезжали на фронт с санитарными поездами. Они считали своим христианским долгом помогать бедным, призревать, кормить, лечить, - говорит Нинель Подгорная.
Среди награждённых орденом Екатерины Меньшего креста - наши землячки, рижанки. Жена Барклая-де-Толли. Софья Бобринская, урождённая Шувалова, дочь губернатора Прибалтийского края. Мария Николаевна Мансурова, основательница женского монастыря в Риге. Анна Ульрика Фитингоф, первая красавица в городе, добрая прихожанка, известная меценатка.
- А портрета её нигде не могу найти, представляете! - сетует моя собеседница.
К тому времени, когда книга «За любовь и отечество» вышла в свет, портреты далеко не всех 300 героинь удалось найти. Поэтому поиск продолжается. А для новой книги нужно собрать ещё больше материала. По официальным спискам дам, награждённых орденом второй степени, было 434, а на самом деле - более 500. Так что работа продолжается, и всё в таком же безумном режиме. «Охотясь» за портретами своих дам, Нинель Ивановна объехала пол-Европы.
Рассказывая об этом, она достаёт огромную карту Германии, всю испещрённую стрелочками и разноцветными линиями. Похоже на карту военных действий времен Наполеона... Но нет, это схема её исследовательских маршрутов! В прошлом году за 20 дней Нинель Подгорная побывала в 24 немецких городах, в 40 дворцах и музеях. Нинель Ивановну принимал в своём дворце и помогал ей в поисках ландграф Гессенский, глава монархического дома Гессена.
Впечатления от этих поездок и встреч, рассказы о необычных находках легли в основу ещё одной книги Нинель Подгорной. Она будет называется романтично - «На гравюре полустёртой...». Там собраны увлекательные рассказы о поисках в музейных и библиотечных архивах. О красавцах, царях и героях, чьи портреты дошли до нас на старинных гравюрах. Об удивительном и трагическом переплетении судеб людей и держав.
А третья книга Нинель Подгорной, которая ждёт своего издателя, посвящена Пушкину и его связям с Прибалтикой. Называется она «Александр Сергеевич прогуливается... по Домской площади». Напечатано два сигнальных экземпляра книги. И всё.
- Все свои деньги, которые у меня были, я потратила на печатание этих экземпляров. Мне уже 72 года, и я хочу обязательно оставить после себя какую-то память. Я много лет работала над этой темой - «Пушкин и Балтия». Хочется рассказать людям о многих нитях, которые связывают Пушкина с нашими краями, об интереснейших экспонатах нашего музея.
В книге - впервые в Латвии! - будут опубликованы уникальные иллюстрации. Например, малоизвестный портрет Натальи Николаевны Пушкиной работы Гау. До сих пор он считался портретом неизвестной, но сейчас искусствоведы склонились к мнению, что на нём изображена всё же Наталья Николаевна с её неповторимым овалом лица и чуть косящими прекрасными глазами. А ещё - портрет светлейшей княгини Елизаветы Воронцовой с дочерью Софьей, отцом которой, если верить молве, был Пушкин.
Гравюра-триптих «Анна Керн в Риге» тоже публикуется впервые. Чтобы заказать эту работу, Нинель Ивановна специально поехала к известному российскому художнику Евгению Синилову в город Камышин на Волге. А как уж удалось запечатлеть домик Анны Керн на Цитадельной площади - это почти детективная история. В 1977-м году, когда его собирались сносить, рижский архитектор и художник Юрий Васильев пытался проникнуть на стройку сквозь пролом в стене. Но так как это была территория военной части, часовой его выдворил. Потом Васильев воссоздал по памяти вид Цитадельной площади. А уже с его акварельного рисунка Синилов в Камышине сделал гравюру...
- Я считаю, что свой долг перед Пушкиным и перед музеем выполнила. Теперь надо делать то, чего я совсем не умею - искать деньги на издание.

Мая ХАЛТУРИНА
10 декабря 2004.

Автор: Светлана Римшевич
03.03.2004
«Вечерняя Рига»

ЗАГАДКИ МЕДНОГО ВСАДНИКА

Недавно «ВР» писала о победе преподавателей Пушкинского лицея Андрея ЕФРЕМОВА и Олега ПАНЧЕНКО на Международном конкурсе учителей русской словесности в Москве. Они были единственными, кто работал в паре и показал бинарный урок по русской литературе с элементами театрализации. Этот метод учителя с успехом практиковали в течение нескольких лет и теперь решили торжественно поставить точку – время идти дальше.

Об этом методе – бинарных уроков – я много слышала, но увидела впервые лишь на прошлой неделе. В разговорах авторы всегда подчёркивали, что их урок с элементами театрализации вовсе не есть шоу, как некоторые предполагают. На самом деле это – когда два учителя, развивая полилог с классом, мощно активизируют таким образом ученическую мысль. Хотя, признаюсь, специализация Олега Панченко (он - театральный педагог и режиссёр театра) всё-таки склоняла ожидания к некоему театральному действу.
Итак, в завершение «большого пути» учителя решили исполнить урок по пушкинскому «Медному всаднику». С этой темой они победили в Москве, хотели показать её и своим лицеистам. Повтора не опасались: они давно убедились в том, что урок, как произведение искусства, неповторим - ведь соавторы-ученики всегда разные. В аудитории, прослышав о событии, собрались ученики 9-12-х классов, для которых творческие открытия на уроках русской литературы уже стали правилом.

А истину поэт не раскрывает

«Наш сегодняшний урок посвящается 205-летию Пушкина и Всемирному дню родного языка», - объявил аудитории Ефремов, и – началось… Панченко шокировал лицеистов столкновением двух авторитетов. Он прочёл цитату из Мицкевича о том, что Петербург построил Сатана, а затем из Пушкина – «Люблю тебя, Петра творенье…» Так, на контрастах, вначале сдержанно, затем всё более раскрепощаясь, ребята осмысливали идеи поэмы – и закономерность пассионарных устремлений императора, и гибельность их для тысяч маленьких людей, и невозможность для самого автора определиться между этими двумя правдами…
Интересно, сколько подтекста содержится в знакомых пушкинских строках, сколько ассоциаций и мыслей для глубоких раздумий они несут при внимательном прочтении! Почему, к примеру, окно в Европу «назло надменному соседу»? Что за сосед и почему назло? Почему Пушкин именует столицу империи Петербург – Петроград – Петрополь? («Петроград», кстати, его изобретение.) Почему вообще поэма заявлена про всадника, а не про Петра – проще было бы и понятнее? И что значит «Россию поднял на дыбы»? А почему главному герою имя Евгений, и с кого он списан автором – не с самого ли себя? И что есть мечта обыкновенного человека? И кто он теперь, потерявший в один миг любимую женщину?..
Попутно мыслительный процесс забрасывает школьников в разные области знаний – то исторический факт вспомнится кстати, то в происхождении слова вдруг обнаружится глубокий смысл, то в мифологии, то Карамзина припомнят, то Гумилёва, то в других пушкинских строках найдут аналогии. «Кстати, памятник-то сделан из трёх металлов – меди, бронзы и железа. Я ещё выяснил, что есть несколько видов бронзы», - плавно уклоняется в металлургию Ефремов и сообщает символические значения металлов у древних. В итоге через металл выводится характеристика эпохи Петра.
А ребята, опираясь на вброшенные вопросы, продолжают делать открытия: «Петербург – слово чужое, холодное, Петроград – домашнее и тёплое. Петрополь – мифический город, с которым даже Пётр не может справиться». «Между Евгением, спасающимся от наводнения, и домиком его любимой Нева – на самом деле Лета, которая отделяет царство живых от царства мёртвых». «Евгений, потеряв любимую, закрылся в соём мире – не зверь, не человек, застрявший между мирами. По аналогии с годуновским юродивым он, возможно, пророк». Или, вспоминая топографию столицы, долго устанавливают, сидя на каком именно льве Евгений спасался от наводнения – на правом или на левом. Всё-таки на правом. Мелочь, скажете – но в ней на самом деле кроется глубокий смысл: так фигура Медного всадника в прямом смысле встаёт на пути человеческого счастья.

«Душа обязана трудиться…»

В то время, как Ефремов точными вопросами направляет мыслительный процесс, Панченко руководит эмоциональным приобщением. Несколько лицеистов по его просьбе старательно пытаются воспроизвести интонацию, с которой Пётр мог бы воскликнуть: «Отсель грозить мы будем шведу, здесь будет город заложён!» Но в ответ слышат неизменное «Не верю». И лишь прикоснувшись к душевной глубине императора и так поняв настоящие его устремления, ребята, наконец, воспроизводят убедительную тональность. Как в 17 лет можно ощутить мощь человеческой трагедии? Только посредством силы искусства. И народ, руководствуясь исключительно личными ощущениями, поочерёдно демонстрирует, как же именно мог сложить руки на груди Евгений, защищаясь от губительного наводнения. И вот сочувствие достигнуто. И герой уже больше не обычный мелкий человек, а целый мир, Вселенная. Хотя у Пушкина вообще-то про руки ничего не сказано…
Позже Олег Панченко объясняет мне суть: при помощи другого прочтения, понимания жеста, например, можно обнаружить много новых линий поведения персонажа. Через чувственное восприятие преподаватели выходят на глубинное понимание, а дальше ребята из памяти достают знания. Так, когда на уроке по «Преступлению и наказанию» школьникам предлагали показать, как именно мог держать топор Раскольников, у ребят по-настоящему дрожали руки. А это уже совсем другое понимание произведения, и многих тянет перечитать его заново. И значит, цель учителей достигнута.
А мне пришло в голову: ладно, пусть не шоу. Но хорошо бы всё-таки подобные уроки проводить для широкой публики. Единожды прикоснувшись таким образом к русской классике, человек от неё уже не оторвётся…

Надо идти дальше!

Кстати, этот метод неплохо воздействует и на зрителей. Мне, во всяком случае, не раз приходилось сдерживаться, чтоб не вступить в дискуссию – как, впрочем, и группе юрмальских учителей, специально приехавших для ознакомления. Так же оживлённо наблюдала происходящее директор лицея Галина Михайловна Войтека. Перед уроком она объяснила, что пришла не с проверкой, а для удовольствия: «Уроки коллег-«звёздочек» наполняют меня творческой энергией». А по окончании педагоги все вместе ещё долго интерпретировали пушкинские строки и завидовали Панченко и Ефремову: «Счастье, когда судьба посылает встречу с единомышленником и вместе удаётся придумать интересный проект». Те соглашались и рассказывали, что пришли к бинарной форме естественно – сначала Ефремов ходил смотреть репетиции школьного театра, затем пошло творческое обсуждение методов работы и произведений, потом Панченко пришёл в класс…
Бинарные уроки оказались занятием чрезвычайно интересным и для учеников, и для педагогов. Вот и юрмальчане сходу попросили провести у них урок по «Мастеру и Маргарите». И проведут. «Но это, - говорит Ефремов, - как изученный метод, мы будем показывать время от времени, а душа требует новых подходов. Каких? Вот придумаем и расскажем. В любом случае, надо двигаться дальше».

Елена СЛЮСАРЕВА
07 декабря 2004.

Автор: Светлана Римшевич
18.02.2004
«Вечерняя Рига»

«Все говорят: нет правды на земле…»

Несмотря на мощное государственное давление, русская школа в Латвии продолжает жить полноценной жизнью. Подтверждением тому стала победа преподавателей Пушкинского лицея Андрея ЕФРЕМОВА и Олега ПАНЧЕНКО на Международном конкурсе учителей русской словесности СНГ и стран Балтии в Москве.

Для участия в конкурсе в Москву съехались 67 учителей русской словесности из 14 стран, победителей и призёров региональных состязаний. В подтверждение своего мастерства они проводили по два открытых урока: один для московских школьников, другой непосредственно для коллег. Наши взяли почётное второе место. Учитель русского Андрей Ефремов и режиссёр лицейского театра Олег Панченко были единственными, кто работал в паре и показали бинарный урок по русской литературе с элементами театрализации. Это когда два учителя, развивая диалог, а то и полилог с классом (зачастую при помощи провокаций), мощно активизируют ученическую мысль.
Ефремов и Панченко предложили зеленоградским девятиклассникам исследовать идеи Пушкина в поэме «Медный всадник». Результат? «Отличные идеи и у Пушкина, и у детей», - подводит итог Андрей Ефремов. «Вначале Олег шокировал учеников столкновением авторитетов. Он прочёл цитату из Мицкевича о том, что Петербург построил Сатана, и после секундной паузы – из Пушкина «Люблю тебя, Петра творенье…» Так, на контрастах, осмысливая личность Петра и его вклад в историю, ребята вышли на существование двух правд: правду маленького человека и правду исторической личности, которая смотрит далеко вперёд и оттого не видит происходящего под ногами. Для школьников важно знать, что однозначность и в истории, и в жизни бывает крайне редко. Задача учителей – заинтересовать детей произведением, показать его актуальность и с его помощью научить думать о чём-то большем. Надеюсь, нам это удалось. Во всяком случае, полкласса благодарили нас за урок».
На мастер-класс для коллег отводилось всего 20 минут, в течение которых нужно было показать себя. Времени на подготовку – ночь. Выбранную тему – «Во всём мне хочется дойти до самой сути…» – Ефремов и Панченко решили раскрыть на основе другого пушкинского произведения – «Моцарт и Сальери». «Все говорят: нет правды на земле. Но правды нет - и выше…» – что это, как не музыка атеизма? Который, последовательно перетекая в нигилизм, рационализм, зависть, в итоге логично разрешается преступлением. Это результат главенства холодного разума над чувствами – жизнь ради комфорта тела неизменно приводит к деградации души. К такому выводу при помощи Пушкина пришли школьники-учителя.
Особо стоит отметить, что проведённые в Москве уроки не являются образцово-показательными для тандема Панченко-Ефремов. Такие же точно они регулярно практикуют в течение нескольких лет в родном Пушкинском лицее – творчество в чистом виде. Разумеется, учебная программа ничего подобного не требует – но, по счастью, и не запрещает. К чему такое напряжение? «Нам так надо, - даёт исчерпывающий ответ Ефремов. - Мы пришли к выводу, что урок – это тоже художественное произведение. Он неповторим, ведь одна и та же тема в каждом классе проходит по-разному, потому что соавторы разные».
Отличаются ли московские школьники от рижских? «Да, и заметно, - говорит Андрей Ефремов. – Наши более эгоистичны, более прохладны, в них больше склонности к индивидуализму. В московских больше тепла, душевности, открытости, коллективизма, и при этом они много знают. Всё-таки дети в России находятся в своей родной среде, и они чувствуют свою историю. Среди наших учеников половина в России никогда не бывала. Я давно предлагаю поехать, но все не могут собраться».

- Насколько, по-Вашему, латвийские школьники чувствуют свою национальную идентичность?
- С каждым годом всё больше и больше. Этому способствует политическая ситуация. Кто знает, как бы формировалось у наших детей национальное самосознание, но давление правительства не позволяет им забыть о своей этнической принадлежности. Действие рождает противодействие. Получается, что в большинстве русская молодёжь не ездит на историческую родину и историю своих предков часто воспринимает абстрактно, но идентичность при этом чувствуется всё сильнее. Потому что на деле правящие политики в Латвии культивируют дезинтеграцию и пожинают плоды своих трудов.
- Насколько в курсе проблем русской школы в Латвии Ваши коллеги из других стран?
- Все в курсе, они следят за ситуацией и сочувствуют нам. Даже учителя из Закавказья и Средней Азии, у которых множество своих, по-настоящему тяжёлых социальных проблем, нас жалеют. Говорят, более сложной ситуации с притиснением русского образования нет нигде.
- Вы сами не чувствуете себя оторванным от России? В Вашей профессии эта связь особенно важна.
- Я не хочу быть оторванным и не отрываюсь. Сам ищу профессиональные контакты, активно участвую в конкурсах. Тем более, Россия в последние годы идёт нам, русистам, навстречу: проводит курсы повышения квалификации, учебники присылает, пособия, принимает в вузы наших выпускников – победителей олимпиад. Вот и в этот раз российские коллеги приняли нас очень тепло, устроили превосходную культурную программу – водили в Большой и на Таганку, а на конкурсе царила атмосфера дружбы и взаимопонимания, все болели друг за друга и в качестве учеников посещали все уроки.
- Какие впечатления остались от России?
- Главное: несмотря на множество проблем, Россия уверенно и мощно движется вперёд. Тому подтверждением и наш творческий конкурс. В Латвии подобный устраивает только ЛАПРЯЛ, государству до развития образования дела нет. Оно только гнёт политическую линию на подавление русских школ, а в качестве мы ориентируемся на Запад с его упрощённым подходом. А какой он там, если по официальным данным, к примеру, каждый четвёртый выпускник французской школы безграмотно пишет на родном языке? А мой выпускник, который учится в австралийском университете, пишет: «Мне с австралийцами говорить не о чем».
- Так, может, поэтому и надо упрощать – иначе мы, умудрённые знаниями, просто не выживем в мире, где все пытаются существовать без лишних раздумий?..
- Да не надо. Человек либо движется вверх и вперёд, либо вниз и назад. Если он не развивается и не совершенствуется, то деградирует. К сожалению, система образования в Латвии движется к деградации. Русская школа всегда держалась и сейчас держится, слава Богу, в первую очередь на творческих учителях. А в контексте нынешней исторической ситуации ключевой фигурой становится русский словесник. По счастью, многие мои коллеги осознают свою ответственность и понимают, что учитель русского может быть последним, кому по силам спасти духовное и интеллектуальное развитие учеников.

Елена СЛЮСАРЕВА
06 декабря 2004.

Автор: Светлана Римшевич
13.02.2004
«Вести сегодня»

«Учебники мы в руки не берём!»

Учителя Пушкинского лицея Андрей ЕФРЕМОВ и Олег ПАНЧЕНКО завоевали второе место на Международном конкурсе учителей русского языка и литературы в Москве.
Андрей и Олег любят работать дуэтом. Хотя первый раз у них такой урок по русской классике получился совершенно случайно: Олег в качестве руководителя театральной студии лицея попросил консультацию у Андрея как у учителя-словесника. Оказалось, что литературные пристрастия у них одни и те же, на многие вещи смотрят одинаково, да и точек пересечения на жизненном пути масса.
Впрочем, приехав на конкурс, оба были готовы выступить соло – не знали, разрешат ли им показать бинарный урок. Но им разрешили. Первый тур прошёл на ура, да и помогла домашняя заготовка – опробованный уже в Пушкинском лицее урок по «Медному всаднику». Во втором туре пришлось импровизировать. И хотя тему дали накануне поздно вечером, ночью не стали репетировать и готовиться, а преспокойно отправились спать. А тему определяла пастернаковская строка: «Во всём мне хочется дойти до самой сути…» Решили, что «привяжут» её к «Моцарту и Сальери» Пушкина. Благо и этот урок в дуэте не раз вели в своём лицее.

- Правда, если первый урок мы показывали в 9-м классе московской школы, то во второй раз должны были выступить среди учителей – участников конкурса и уложиться в 20 минут! – смеются они. – Причём сделать это так, чтобы лучшие словесники, приехавшие на конкурс, не только зажглись и заинтересовались темой, но смогли бы что-то новое открыть на нашем уроке. Нам удалось завязать дискуссию, хотя за три минуты до конца она разгорелась с такой силой, что мы всерьёз испугались, что не сможем её красиво завершить, сделав необходимые выводы в финале.
- А московские школьники отличаются от латвийских ребят?
- Отличаются, пожалуй, тем, что выглядят более скромно, чем наши дети. Нет развязности. Наверное, они не видели бинарных уроков и вначале были шокированы тем, что ведут его сразу два учителя, да ещё периодически полемизируя между собой. Но потом, когда началась дискуссия, мы все стали единым целым. А в конце девчонки смотрели на нас влюблёнными глазами и благодарили за урок.
Всякий урок – это импровизация, это полёт! Когда нас спросили, как мы работаем с учебниками, мы честно признались, что их в руки не берём! У комиссии был шок. Думали, что нас выгонят. Но нет, только спросили: «Зачем же мы их пишем, раз вы их не используете?»
- Неужто совсем без учебников?
- Главное – это первоисточник. Конечно, дети могут читать учебник, но на уроке мы обсуждаем мысли не академика Сидорова о Пушкине, а самих детей. Вообще главная наша задача – привить детям интерес к классике! Бинарность – только средство.

К слову сказать, Андрей Ефремов тоже работает над своим учебником. И хотя написал всего 40 страниц (нет времени!), намерен завершить задуманное. Но вот что странно: для поездки в Москву необходимо было набрать группу латвийских словесников из 6 человек. Не было желающих! Откликнулась только молодая учительница из вечерней школы № 53 Катя Колесова (призёр прошлогоднего конкурса ЛАПРЯЛ для учителей русского языка и литературы). А ведь как правильно заметили Олег и Андрей, любой конкурс, а уж тем паче международный –это уникальная возможность себя показать и других посмотреть. Ведь на московский конкурс (который организовал Московский институт открытого образования при поддержке правительства Москвы и российского МИДа) приехали 67 педагогов из разных стран! Были среди них и мэтры со стажем 48 лет, и начинающие со стажем 3 года… Но наш дуэт из Пушкинского лицея произвёл фурор! После их выступления у московских специалистов даже появился новый термин – «широта педагогического поля».
А поле это оказалось таким широким, что вырастить на нём любовь к русской классике можно с лёгкостью. Вместо того чтобы мусолить давно заезженные мысли критиков о «героях нашего времени», скучно рассуждать опроблемах «отцов и детей» или морализировать о «преступлении и наказании», можно просто погрузить учеников в мир литературных героев, дать им возможность хоть на минуту побыть Онегиным, Базаровым, Раскольниковым и самим сделать моральный выбор, перед которыми стояли герои.

Юлия АЛЕКСАНДРОВА
03 декабря 2004.

Автор: Светлана Римшевич
22.10.2003
«Вечерняя Рига»

ПУШКИНИСТЫ ОБЪЕДИНЯЮТСЯ

В самый разгар золотой осени в Москве состоялся международный форум пушкинских школ, на который съехались 60 участников из 20 стран мира. Побывали на нём и представители обоих латвийских учебных заведений, носящих имя поэта – Пушкинского лицея и лиепайской школы им. Пушкина.

- Этот форум проводился во второй раз. В прошлом году в нём принимали участие только директора школ. Теперь состав участников расширили: были и директора, и преподаватели, и ученики. Мы рассказывали о своей работе по развитию и преподаванию русского языка каждый в своей стране, о трудностях, с которыми сталкиваемся, - говорит очевидец – учитель русской словесности Пушкинского лицея Андрей Георгиевич Ефремов.
- С какими проблемами сталкиваются Ваши коллеги в других странах?
- В странах СНГ и Балтии проблемы примерно одинаковые, хотя отличия, конечно, есть, и они зависят от влияния политики. Например, в Средней Азии теперь к русскому языку и к русским вообще стали относиться гораздо лучше, чем несколько лет назад. Ситуация изменилась, когда русские начали массово покидать регион – встал вопрос о выживаемости стран, потому что наиболее образованным в них оказалось русское население. Стараясь удержать его на месте, власти поддерживают и учителей русского, и язык. В Киргизии и Белоруссии русский признан государственным языком, в Узбекистане и Казахстане – вторым официальным. А в Украине, наоборот, наметилась тенденция к вытеснению русского языка. Многие политики не считаются с тем, что юго-восток страны исторически является русскоязычным регионом.
Что до проблем чисто профессиональных – все жалуются на уменьшение количества учебных часов. Это происходило постепенно и незаметно – в программах появлялись разные важные предметы, а родной язык считался как бы второстепенным. Теперь, когда русские оказались в окружении других национальностей и языков, проблема проявилась.
- Как выглядят на общем фоне страны Балтии?
- У нас, кажется, самая тяжёлая ситуация. В Эстонии проблемы несколько ослаблены переносом пресловутой реформы на 2007-й год, и есть надежда, что она претерпит серьёзные изменения. Дело идёт к тому, что регионы страны с учётом мнений родителей сами будут определять, сколько им нужно русских школ. О нашей ситуации мало кто слышал, и, когда я рассказывал коллегам о проблемах русских школ в Латвии, многие были шокированы, квалифицировали грядущую реформу как дискриминацию. Ведь всем известно, что больше трети населения нашей страны – русскоязычные.
- Ваш-то предмет в случае «реформирования» не пострадает. Вряд ли русский язык придумают учить на латышском...
- Да, но нет никакой гарантии, что не урежут количество часов. Сейчас в старших классах два урока в неделю языка и три урока литературы. Если сравнивать, например, с Закавказьем – это даже много. Но надо иметь в виду, что в моноязычном окружении учитель русского зачастую является для детей единственным связующим звеном с родной культурой. Даже у нас, несмотря на большой процент русскоязычного населения, для многих детей именно учитель является единственным носителем настоящего литературного русского языка. Просто потому, что людям некогда толком общаться друг с другом, разговоры в основном носят чисто информационный характер. Уже сейчас в знании русскими ребятами родного языка обнаружилась серьёзная проблема, 15-20 ошибок в одной работе учителей уже не удивляют. А ведь это близко к катастрофе. Что же будет в случае сокращения штатов?..
- Как себя чувствуют русисты в материальном плане?
- Довольны разве что представители Финляндии и Венгрии. А наихудшая ситуация, на мой взгляд, сложилась в Закавказье. Там очень низкий уровень жизни, люди живут на 5 долларов в месяц. Коллеги из Грузии рассказывали, что для них отключение зимой тепла и света - к сожалению, обычное дело. Сидят по домам в пальто, валенках, и в такой вот ситуации учителя умудряются что-то создавать – практически при лучине пишут книги, разрабатывают методические пособия. И учат детей. Просто подвижники! Потому что в такой ситуации случайные люди не только не задерживаются в учительстве, но вообще в него не приходят.
- А с какой целью собирались в Москве?
- В этот раз мы в основном говорили о собственных усилиях по сохранению языка Пушкина – что делаем и что нужно делать для того, чтобы русский язык не стал иностранным для его носителей. Не так давно в России появилась на это счёт федеральная программа, направленная на сохранение, развитие и защиту русского языка в мире. Её продвижением активно занимаются правительство Москвы и правительственная организация «Этносфера», которые и организовали форум. Я рассказывал о работе Пушкинского лицея в этом направлении. Мы разрабатываем спецкурс по творчеству Пушкина, провели пушкинскую олимпиаду. Такие мероприятия важны для поддержания атмосферы заинтересованности не только среди учеников и учителей, но и во всём обществе. Люди должны знать, что русские школы работают и борются за своё существование.
Что интересно, несмотря на многие проблемы, во всём мире популярность русского языка растёт. В ряде стран он уверенно занимает второе место иностранного языка после английского, не считая славянских стран, где он всегда широко использовался.
- Андрей Георгиевич, Вы частенько бываете в России, принимаете участие в профессиональных конкурсах и форумах. Что интересного в этот раз нашли у российских коллег?
- Сейчас я заметил в России подъём. В школах появляется всё больше молодых людей, среди которых довольно много мужчин. Это, как перспективная тенденция, радует. Кроме того наблюдаю, что российское образование не только не потеряло, но сохранило и развивает главные положительные качества советской системы образования (речь не идёт об идеологии, а лишь о профессиональных аспектах). Чего, к сожалению, нет в Латвии. Наша образовательная система всё больше переводится на западный манер к упрощению, к узкой специализации. Но ведь человек не может быть образованным без широкого и глубокого кругозора. И самый замечательный специалист узкого профиля не сможет разобраться в смежных проблемах и науках, если у него примитивное мышление и узкий кругозор. А наше образование ведёт именно к этому. Пока в русских школах Латвии сохраняются лучшие традиции (о латышских просто не знаю). Но во многом ситуация зависит от конкретных учителей и администраторов. В школах вообще личность играет доминирующую роль. Ведь большинство детей воспринимает предмет через учителя: любят учителя – любят и предмет, либо ненавидят обоих.
- Удалось ли Вам своей страстью к учительству «заразить» кого-то из учеников?
- Да, преемники у меня есть. Что особенно радует, на учителей русского учатся парни – мои выпускники. У нас, в Латвийском университете. Бесперспективное занятие? Возможно. Но я учу ребят тому, что конъюнктура преходяща. Вечно только то, что от души. Вот и надо поступать в соответствии с её устремлениями. Тогда, кстати, и результаты оказываются плодотворными.

Елена СЛЮСАРЕВА
02 декабря 2004.

Автор: Светлана Римшевич
28.08.2003
«Вести сегодня»

ЯЗЫК МОЙ – ДРУГ МОЙ

Андрей Георгиевич ЕФРЕМОВ преподаёт русский язык и литературу в Пушкинском лицее. В учебном заведении с таким названием учитель словесности должен быть особенным человеком. Так оно и есть. В 1997-м году Андрей Ефремов был назван «Учителем года» по русской литературе, а награду ему вручили в посольстве России в ЛР. В 2002-м году он участвовал в конкурсе, который организовала Латвийская ассоциация преподавателей русского языка и литературы, и стал лауреатом. В этом же году он был удостоен Пушкинской премии за участие в конкурсе «Язык мой – друг твой», учреждённом мэрией Москвы для учителей русского языка и литературы стран СНГ и Балтии.
В нынешнем году рижский словесник стал победителем Псковского областного конкурса в номинации «Русская школа вне России» и занял 3-е место в конкурсе «Учитель Пушкиногорья». Я была на 99,9 процента убеждена, что он придёт на встречу с любимой книгой - романом или стихами. И не ошиблась - почти. Потому что книга оказалась очень серьёзной: философский сборник Ивана Ильина «Путь к очевидности». Сегодня это самый любимый собеседник нашего героя.

- Я всегда интересовался, - говорит Андрей Георгиевич, - русской классической философией. Но к Ивану Ильину пришёл не так давно. Пришёл к нему от Достоевского. Достоевский – мой любимый писатель. Правда, у меня был «переходный период», связанный с Николаем Бердяевым и Владимиром Соловьёвым. Многие мысли Ильина созвучны моим мыслям. Его творчество очень современно, и многие идеи звучат так, как будто сегодня рождены. К примеру, Ильин много рассуждает о добре и зле, о сопротивлении злу силою.
Он даже написал довольно большое сочинение на эту тему, где говорил о том, что несопротивляющийся злу человек уже сам по себе несёт зло. Философ много рассуждает и о совести. Он считает, что совесть – это стремление к высшей духовности. Чисто русский взгляд.
- Чисто по-русски ещё рассуждать о добре и зле. Задаются ли подобными вопросами Ваши ученики? Кажется, что они даже не понимают разницы между добром и злом…
- Многие сейчас не понимают, что есть добро и что – зло. Нет чётких критериев. Хотя, по-моему, есть – это совесть. Только она определяет, делаешь ты добро или зло.
- А если совести нет?
- Я думаю, что она есть у всех. Другое дело, что у многих совесть спит.
- И как же её разбудить?
- Думаю, это очень индивидуально. Побудить к этому могут опять же книги, высокая литература, высокое искусство.

Видите, как логично мы с Андреем Ефремовым перешли от философии к его любимой литературе. Пусть Ильин не обижается. «Литература – это моё», - говорит мой собеседник. Он понял это не в школе, а в Даугавпилсском педагогическом институте, куда поступил вовсе не по зову сердца. Но учёба так увлекла его!
«Я с того времени знаю, что я на своём месте. У меня слово и книга – основа профессии, и любимое занятие – слово и книга», - это признание счастливого человека, не правда ли? Но ведь сколько молодых людей нынче, которые и не догадываются, какую радость несёт душе хорошая и умная книга! Дорогие наши дети просто не хотят читать…

- К сожалению, да. Но это проблема не столько детей, сколько их родителей, семьи в целом. Ко мне в 10-й класс приходят ребята, которые впервые берут в руки томик Пушкина. Что они делали девять лет? Приходится им ненавязчиво объяснять, что они потеряли. Я, наверное, как учитель – главнее родителей. Потому что часто в семье нет взаимопонимания. Проблема отцов и детей – вечная. Дети много узнают не от своих родителей, а именно от учителя.
- На что надеетесь, начиная новый учебный год?
- Я надеюсь, что мои ученики будут меня слушать. И мы со временем начнём понимать друг друга. Через слово мы общаемся, и если люди не будут понимать друг друга, то и себя не осознают как личность!
- Значит, Вы согласны с героем фильма «Доживём до понедельника»: «Счастье – это когда тебя понимают»?
- Да, это часть счастья – может, даже его основа. Нет понимания – возникает равнодушие и даже вражда. Мы это видим по нашей жизни. В Латвии мы, русские, не пришлые – мы здесь родились, для многих Латвия – родина, в том числе и для меня. Странно, что родина так относится к своим детям.
- Интересно, а на последнем конкурсе во Пскове у Вас была философская тема или чисто литературная?
- Тема конкурса и показательного урока звучала так: «Хотелось как лучше, а получилось как всегда».
- Черномырдин причислен к классикам русской литературы и языка?
- Да (смеётся). Надо было «привязать» эти его «золотые» слова к своему предмету и своему уроку. Я их «привязал» к «Борису Годунову» Пушкина. Ведь и тогда народ-то хотел как лучше. А в итоге царь Борис, которого выбрали на царство, оказался преступником. То есть политическая власть природу свою не меняет.

Бог с ней, политикой, уважаемый Андрей Георгиевич! Пусть у нас будет больше умных, духовно развитых и высокопрофессиональных педагогов. Всем им накануне нового учебного года желаем побольше умных, талантливых и пытливых учеников. Неплохо, если они со школьных лет будут философски относиться к жизни. Что это такое? Загляните в томик Ильина.

Людмила АНИСИМОВА
01 декабря 2004.

Автор: Светлана Римшевич
20.12.2002
«Вести сегодня»

Как я стала соучастницей маленьких трагедий

Необычный урок литературы в Пушкинском лицее

Наверное, никто из этих девятиклассников, идя на урок литературы, не думал, что ему придётся сейчас сыграть роль Сальери или Дон Гуана из «Маленьких трагедий» А.С.Пушкина. Впрочем, урок начался как обычно. Разве что перед классом стояли двое педагогов – учитель литературы Андрей ЕФРЕМОВ и режиссёр лицейского театра Олег ПАНЧЕНКО.

«Ужасный век! Ужасные сердца!»

Итак, «Скупой рыцарь». «Жаль, что заранее не сказали тему урока – перечитала бы», - подумала я с досадой. Но вспоминать сюжет уже некогда, надо было вместе с классом отвечать на первый вопрос учителя: «Вас не удивило несоответствие этого словосочетания?» Ребята утвердительно кивают, отмечая, что средневековый рыцарь должен быть щедрым и благородным, но уж никак не скупым. «В чём же конфликт трагедии? Кто её главный герой? Как барон спускался в свой подвал и наслаждался видом своих сокровищ?» Ребята начинают подтверждать свои размышления цитатами из текста. И вдруг Олег Панченко протягивает руку и говорит мальчику с последней парты: «А позвольте вас, юноша, пригласить на сцену! Представьте, что перед вами шесть сундуков с золотом. Откройте один из них и положите туда ещё 30 монет. Что Вы чувствуете?»
Скованный поначалу мальчик постепенно входит во вкус игры, и с помощью одноклассников эта сцена обрастает живыми деталями. Оказывается, барону открывать свои сундуки и страшно, и приятно, а ключ он вонзает, как нож, и зажжённые свечи отбрасывают блики на стены и золотые дублоны… «Я царствую! Сильна мой держава!» - восклицает Владимир в роли Скупого рыцаря. А потом на сцене появляется разозлённый безденежьем Альбер со слугой Иваном, вкрадывается ростовщик Соломон, предлагающий дать яд скупому отцу, и режиссёр лицейского театра кричит Альберу: «Разве Вам не хочется сделать из него котлету или спустить с лестницы?! Так делайте же это!»
А вот и герцог, решивший рассудить отца и сына, но вместо этого спровоцировавший ссору между ними. Олег Панченко высказывает мысль, что герцог делает это специально, поэтому не может считаться благородным рыцарем и положительным героем. Кто-то из ребят соглашается, кто-то – нет, пока наконец Андрей Ефремов не прекращает дискуссию, напоминая, что герои живут только в рамках литературного произведения и доказательств этой версии у Пушкина нет. И наконец звучит сакраментальное: «Ужасный век, ужасные сердца!» Конец средневековья, закат рыцарства, эпоху благородства сменяет новое время, когда начинается власть денег. Денег, которые часто приводят к гибели человеческой души.

«Нет правды на земле...»

Честно говоря, следя вместе с ребятами за судьбой пушкинских героев, ловлю себя на мысли, что некоторых из них представляла себе иначе. Или в школе учитель на эти детали не обращал наше внимание? Сальери-то, оказывается, тоже огромный талант! Забыл праздные забавы, всё положил на алтарь искусства и достиг же совершенства! Но тут появляется «гуляка праздный» Моцарт, играючи выдаёт шедевры, которые Сальери и не снились! «Где справедливость? – вопрошаю я вслед за ребятами и повторяю вслед за Сальери: - Нет правды на земле. Но правды нет - и выше». Где ключевая фраза? «Гений и злодейство несовместимы, считал Пушкин, - напоминает Андрей Ефремов. – Но в наш век считается, что есть гении, которым любое преступление сойдёт с рук». Ан нет, атеист Сальери пошёл против Бога, убив его творение, убив творца.
А неотразимый Дон Гуан почему погибает? Потревожил прах мёртвых, бросил вызов потустороннему миру. Ах, как менялся на наших глазах слуга Лепорелло, взывая к статуе Командора принять приглашение насмешника Дон Гуана! Похоже, что в конце концов мальчик, исполняющий этот эпизод, увидел-таки на стене, к которой он обращался, черты каменного гостя. И ужаснулся ожившей статуе.

А вот сцена между Доной Анной и Дон Гуаном не получилась. Ребята были слишком зажаты, и проблески чувства, поразившего знаменитого любовника и вдову Командора, не отразились на лицах девятиклассников. Так и не прозвучал ответ на вопрос: почему она, имея в руках нож, не смогла поднять его на убийцу своего мужа?

«Тройка» по литературе

Признаться, на бинарный урок к Олегу и Андрею хотелось мне попасть уже давно. С того самого дня, как молодые преподаватели получили за него награду в конкурсе ЛАПРЯЛ на звание лучшего учителя русского языка и литературы. В тот раз урок они посвятили «Преступлению и наказанию» и клятвенно обещали придумать вскоре что-нибудь новенькое. И вот придумали, не только продемонстрировав свою разработку на девятом классе, где многие учителя избегают ещё давать «Маленькие трагедии», так ещё и в классе с экономическим уклоном. И получилось: рациональные и прагматичные, застёгнутые на все пуговички будущие экономисты прониклись литературой, разыгрались и поняли смысл и идею трагедий.
- Отчасти поняли, - невозмутимо поправляет меня Андрей Ефремов. – Но зерно брошено – значит, когда-нибудь прорастёт. Для нас главное, чтобы после урока они пришли домой, ещё раз открыли произведение и поискали ответы на поставленные вопросы.
- А то, что дети были зажаты – нормально, - поясняет Олег Панченко. – Ведь погружение во внутренний мир человека – это интимный процесс. Двенадцатиклассники более раскованы и разыграли бы сцену между Дон Гуаном и Доной Анной с большим чувством, но и сегодня мы смогли немного раскрыть душу ребят, дали им возможность почувствовать себя героями трагедий, чтобы выйти не только на логический анализ текста, но и на чувственный.
Педагоги уверяют, что не дают категорических оценок персонажам, не делят их на плохих и хороших – они предпочитают спорить, высказывать свои точки зрения, иногда специально провоцируя спор, чтобы родился главный эффект урока: все его участники становятся соучастниками действия.
Последнюю из трагедий – «Пир во время чумы» - мы рассмотреть не успели. Двух полноценных уроков на все «Маленькие трагедии» не хватило, и Олег с Андреем отметили себе на будущее, что слишком много внимания уделили «Скупому рыцарю». И литератор, и режиссёр пообещали весной показать новый бинарный урок – возможно, по «Горю от ума». «Ой, там проще пойдёт! – легкомысленно заметила я. – Как по маслу. До сих пор помню, как читали Грибоедова по ролям в 4-м классе!» «Не скажите! – качают головами педагоги. – Подвести ребят к пониманию этой темы совсем непросто». И тут же замечают, что в отличие от меня не помнят ни одного урока литературы со своих школьных лет.
- А я вообще литературу не любил, - признаётся Андрей (получивший в этом году «Пушкинскую премию» в России). - У меня «тройка» была по этому предмету. Я случайно стал педагогом. Случайно попал на филфак Даугавпилсского пединститута, чтобы перевестись потом на исторический. Но остался.
Кстати, и Олег, и Андрей имеют одинаковые пристрастия в литературе. Пушкин и Достоевский – у Олега. Достоевский и Пушкин – у Андрея.
А самым современным произведением русской классики назвали «Отцов и детей» И.С.Тургенева. И так убедительно доказывали мне актуальность известного романа, что даже захотелось его перечитать. Говорят, что двадцатилетние нигилисты тех лет – вылитые нынешние подростки. Акселерация-с.

Юлия АЛЕКСАНДРОВА
01 декабря 2004.

Автор: Светлана Римшевич
04.12.2002
«Вечерняя Рига»

«Искусство – ноша на плечах...»,
или
Один урок русского

«Если у нашего учителя спросить, сколько времени, то целый урок можно не отходить от него. Он начнёт рассказывать, что это понятие многомерное, приведёт примеры из древней истории, философии, религии, процитирует классиков», - радостно ввели меня в курс дела ученики 12-го класса Пушкинского лицея. Это я пришла посмотреть урок русской литературы.
«Да, не повезло, - подумала я, услышав тему урока «Продолжаем анализировать поэму Блока «Двенадцать». Но это оказалось единственно привычной классической школьной фразой, а я тут же была наказана за поспешный вывод – два часа (по счастью, урок длился пару) пролетели в мгновение ока.

Разминка

«...Гуляет ветер, порхает снег.
Идут двенадцать человек.
Винтовок чёрные ремни,
Кругом – огни, огни, огни...
В зубах цыгарка, примят картуз,
На спину б надо бубновый туз!
Свобода, свобода,
Эх, эх, без креста!»


Для начала учитель предложил определиться: кто, собственно, эти «двенадцать».
- Большевики.
- Кто это такие?
- Кто за большевистскую власть.
- А Вы как думаете?
- А я согласен с предыдущим мнением. (После некоторых усилий «предыдущее мнение» наконец вспомнилось.)
Тут последовал первый небольшой экскурс в историю («Вы же учитесь в историко-философском классе и должны это знать»): марксистская партия в 1903-м году раскололась на большевиков и меньшeвиков. Попутно уточнили, что есть Учредительное собрание (поэт его тоже поминает), а заодно и Временное правительство (чтоб не перепутал кто). Мыслительный процесс активизировался на глазах, появлялись всё новые «штрихи к портрету»: «Большевики тоже грабили. Об этом я читал у Шолохова в «Тихом Доне»... Плавно перешли к обсуждению символов описанной поэтом Красной гвардии, из которой 23-го февраля 1918-го года появилась Красная армия (а Блок писал поэму в январе – дар предвидения, что значит гений!).
- Да, но как быть с бубновым тузом, почему его «надо бы» на спину? – подбросил дров в огонь учитель.
Цепочка ребячьих ассоциаций – от немецких бубновых в годы Второй мировой (кстати, редкое знание истории по нынешним временам) через карточную масть, символ вроде звезды, мишень – плавно вывела к метке (на каторгу надо их всех).
А на подходе следующий вопрос: что значит «свобода без креста»? Что такое крест вообще? Символ совестности в православии. «Без» соответственно – вседозволенность, безнравственность, когда вечные ценности становятся относительными. Иллюстрацией тому вспомнили Ницше «По ту сторону добра и зла». И россыпи сопутствующих вопросов – цвета в поэме? Чёрный и белый – противостояние. Красный – кровь как символ жизни: она вытекает – жизнь уходит. Да, а как определить – власть слабая или нет? Временем...
...Это уже совсем не похоже на урок – народ горячо дискутирует, живо выдвигая одну версию за другой, бросается отстаивать свою точку зрения. На очереди сложная задача – понять: «а пёс зачем»?
«Если б я читал эту поэму с другим учителем – сказал бы, что это полный бред, - поделился в перерыве один из участников. – Но здесь, оказывается, столько трактовок! Взять хотя бы – «стоит буржуй на перекрёстке». Ну стоит и стоит. Так ведь, оказывается, этот перекрёсток многое символизирует – крест, выбор пути...» (Кстати, детям заодно и буржуя представили – вроде как «не наш», снисходительное наименование.)

«...Стоит буржуй на перекрёстке
И в воротник упрятал нос.
А рядом жмётся шерстью жёсткой
Поджавший хвост паршивый пёс».


Примерка вечных ценностей

«Паршивый пёс» оказался крепким орешком, с первой попытки разгадать его образ не удалось. И всё же – зачем он здесь один из главных персонажей? Вновь посыпались предположения: символ старой власти, неопределённости, преданности? Голодный, обнищавший народ, чернь? Впереди замаячил тупик, и учитель предложил коснуться образа Христа. Кто такой Христос? Мессия. У него тоже 12 апостолов (параллель?). Подметили странное отношение автора к Всевышнему – имя в обход традиций с одной «И», «в белом венчике из роз» вместо тернового венца, с флагом («Вы видели такое на иконах?») движется он «нежной поступью надвьюжной». И вдруг неожиданный вопрос: «Кстати, надеюсь, вы все понимаете разницу между вьюгой и метелью?» И гидрометеорологические познания тут ни к чему – иная плоскость.
Учитель привёл первую ассоциацию, лежащую на поверхности – пушкинскую «мчатся тучи, вьются тучи...» Вьюга, оказывается, в русских традициях означала бесовское действие. Достоевский говорил: «Бесы кружат Россию». Если бы настоящий Мессия появился, бесы бы исчезли, но у Блока, как подметили ребята, Исус Христос «всё время не тот».
Усилия учеников наконец были вознаграждены, они получили передышку – учительский вывод:
- Настоящий художник не может лгать. Блок хотел показать революцию, ну и показал – как он её ощущал. «Слушайте музыку революции», - говорил он, но ведь это не значит, что она замечательна. Получается, что этим «двенадцати» надо бы бубновые тузы на спину и на каторгу лет на пять, а они получили оружие. Это актуально. А с псом всё-таки непонятно.
Осторожное предположение: «Может, это совесть?»

А Цербера просят подождать

- Мне кажется, здесь два пространства, - снова приглашает к рассуждению учитель.Теперь за основу берётся строка «Пальнём-ка пулей в Святую Русь», и класс переносится в эпоху духовного возрождения. Тут же из глубины веков обнаруживается взаимосвязь – Россия усиленно ищет национальную идею - но, может, не надо её выдумывать, она ведь давно найдена.
Парочка за первой партой начинает шептаться. «Устали», - сочувствую я. Ещё бы, попробуй одолеть столь массированный сеанс чистого творчества! Детишки, однако, оказались крепкими. Это они обсуждали всё того же призрачного зверя и таки приблизились к разгадке: пёс – он же волк, значит – оборотень. Пошло бурное развитие мысли, глаза блестят, истина кажется такой близкой. Учитель наносит последний штрих: «Никаких псов в мифологии не встречали?» Конечно же, Цербер! В противоположность Христу – Антихрист. Свобода без креста всё время преследует человека выбором «свет – тень», «добро – зло». Всё можно – что выберешь?

«...Так идут державным шагом –
Позади – голодный пёс,
Впереди – с кровавым флагом,
И за вьюгой невидим,
И от пули невридим,
Нежной поступью надвьюжной,
Снежной россыпью жемчужной,
В белом венчике из роз –
Впереди – Исуи Христос».


- Это только версия, - подводит итог учитель. – Мы не знаем истинных мыслей Блока. Но известно, что после издания он просил свою жену Любовь Дмитриевну Менделееву выкупить все доступные ей экземпляры. Может быть, он сам понял, что это за музыка?
Урок окончен. Домашнее задание: кто не согласен, что пёс Цербер – Антихрист, к следующему уроку приготовить аргументы.

Мужская профессия

- Что, это вы так все произведения обсуждаете? – интересуюсь я в перерыве у учителя русского языка и литературы Андрея Георгиевича Ефремова.
- Пройти всю литературу 20-го и уже 21-го века, конечно, не успеваем, поэтому выбираем ключевые темы и произведения, которые отражают мировоззрение писателя, эпоху и являются интересными с точки зрения языка. Предметы «русский язык» и «литература» вообще-то идут отдельно, но у нас они иногда переходят один в другой. Получается, что ещё совмещаем историю и философию, ведь невозможно преподавать литературу без опоры на другие науки. Всякий писатель, кaк и все мы, испытывает влияние исторических событий. А философия – мать всех наук. Даже если писатель не считает себя философом, всё равно у него есть мировоззрение, а оно – уже философская категория.
Вообще-то учитель мужеского полу – находка для любой школы, а лицеистам в этом отношении удивительно повезло: у них мужчин «невероятно много» - аж процентов 25. Издавна замечено, что дети как-то особенно тянутся к таким преподавателям. Почему? На взгляд мальчиков, «мужчина меньше подвержен эмоциям, он намного спокойнее, гнёт свою линию и не расстраивается по пустякам, как это может женщина». Иначе мыслят девочки: «Более взрослые дети тянутся уже не к женщине-маме, чтоб пожалела, а к мужчине как к отцу. Он олицетворяет собой что-то сильное, на что можно опереться и почувствовать себя в безопасности. Это притягивает».
Андрей Ефремов учительствует уже 20 лет. Занятие и впрямь не традиционное для сильного пола, да ещё в наше время, когда многие, заслышав о его профессии, искренне удивляются – неужто образование ещё дышит? Такое, кажется, под силу только людям, чьё призвание обозначилось буквально с рождения. Впрочем, каждый из нас в этой жизни обязательно для чего-то предназначен, но не каждому удаётся понять высший замысел. Андрею – удалось (или помогли?). Поступил в Рижский политехнический, поучился и понял, что выйдет из него плохой инженер. Ушёл. На глаза попалось объявление: Даугавпилсский пединститут объявляет набор. Призвание продолжало дремать, поэтому решил попробовать. О будущем просто не думал. И тут понял – «моё». «Я думаю, личностные психологические трагедии многих людей заключаются в том, что они занимаются не своим делом, - говорит он сегодня. – Деньги, конечно, вещь важная - но не главная. Главное – духовное удовлетворение».
- Иной раз понять себя нетрудно, но недостаёт смелости изменить ситуацию.
- Да, легче оказаться с толпой и делать как все, чем слушать себя. Но я иногда и после десяти уроков не чувствую усталости. Наоборот, чувствую подъём сил. Кому много дано – с того много и спросят, то есть кто много имеет, должен много отдавать – в этом смысл жизни. Да и с семьёй мне очень повезло – меня понимают и поддерживают.

Устами младенцев…

Несмотря на явно высокую требовательность, ученики характеризуют учителя как человека исключительно сдержанного и остроумного («Если ему кто-то мешает вести урок, он говорит: «Я чужой на этом празднике жизни» и вообще часто шутит и цитирует «12 стульев»). Сам он признаётся, что дома (обычно в адрес сына) иной раз даёт волю эмоциям, но каждый раз раскаивается. В классе предпочитает наводить порядок с помощью юмора: «Например, сейчас ученики ходят с мобильными телефонами. Я объясняю, что лицеистам разрешается не приносить их в лицей, а если уж принесли, то имеют право их выключить. Теперь уже знают, что на уроке, как в театре, неприлично пользоваться телефонами. Надо найти необычный ракурс на обычную вещь - все посмеются и лучше запомнят».

Из высказываний лицеистов:

- Есть преподаватели – а есть Учителя, с большой буквы. Те, которые учат всему, а не только своему предмету – как Андрей Георгиевич. С ним всегда можно остаться поговорить после уроков, посоветоваться обо всём, хотя он и не наш классный руководитель.
- Самое главное, что нам интересно, и тогда уже не имеют значения большой объём и дополнительные умственные усилия. Можно проходить литературу значительно проще: прочитать – и всё, но мы уже привыкли к «работе мысли» - это здорово!
- Как было бы ужасно весь урок сидеть и слушать учителя… У нас всё очень динамично, ни дня не проходит без открытий. У него никогда не бывает двух одинаковых уроков, он очень тонко улавливает общее настроение.
- Какой у него кругозор! И главное – он очень интересно обо всём рассказывает, легко воспринимать. Его пример – это ещё и очень хороший стимул к тому, чтобы узнать как можно больше, а не ограничиваться одной областью.
Мои собеседники – будущая элита общества, с мобильниками, плейерами, хвостиками, хорошими знаниями, чувством собственного достоинства и уверенности в завтрашнем дне. Практически все собираются стать юриcтами и политологами. Очень обеспокоены перспективой сокращения учебных часов по русскому и введением билингвизма («У нас с языком проблем нет, но это неправильно») и настоятельно просили озвучить это мнение на страницах газеты. На вопрос «К чему вам всё это творчество?» следует чёткий ответ: оно способствует формированию каждого из нас как индивида. Юристы должны быть многогранными людьми, иметь знания во многих областях и уметь анализировать».
Учитель, отмечая повышенную рациональность современных детей, всё же не склонен драматизировать ситуацию, ведь инструмент влияния в его руках: «Вроде бы они много знают, но как-то всё больше «по верхам». Большинство в тот или иной предмет не углубляется, потому что любая информация добывается легко с помощью Интернета. Впрочем, большинство никогда не было склонно к глубине. Главное – мои ученики понимают, что именно помогает формироваться их личности. Пусть они менее сентиментальны и не плачут над судьбой бедной Лизы – для меня важно показать им ценности, которые формируют не только интеллект, но и духовность.
- Андрей Георгиевич, насколько важно нынешним детям знать поэму «Двенадцать» - или без неё можно обойтись?
- Можно обойтись. Но я считаю, что это важно. В принципе, можно обойтись и без литературы – но каким будет общество? «Двенадцать» - это о двух типах свободы: о свободе без креста и о свободе с крестом. И ещё о том, что все мы в те или иные моменты своей жизни пребываем между добром и злом и делаем своё выбор. Достоевский говорил: «Русский человек созерцает две бездны – бездну добра и бездну зла». И это актуально.
- Так ведь прагматизм крепчает, и на такой выбор многим просто некогда обращать внимание.
- Вот поэтому внимание школьников на это и надо обращать. Чтобы они знали, что добро и зло – не относительные понятия. Критерий у них единственный, зато чёткий – совесть.

Елена СЛЮСАРЕВА
28 ноября 2004.

Автор: Светлана Римшевич
5.06.2003
«Вести сегодня»

НАШИ УЧИТЕЛЯ ПОРАЗИЛИ РОССИЯН

Учитель литературы рижского Пушкинского лицея Андрей ЕФРЕМОВ и режиссёр лицейского театра Олег ПАНЧЕНКО победили в конкурсе педагогических достижений областного этапа Всероссийского конкурса «Учитель года России – 2003» в номинации «Русская школа вне России». От Псковской области. Причём КАК победили!

Бинарный урок Андрея Ефремова и Олега Панченко «Смысл названия романа «Преступление и наказание» был на конкурсе самым живым и непредсказуемым. «Подопытные» ученики увлеклись проиходящим всерьёз. Хотя от детей на подобных мероприятиях искреннего интереса добиться непросто. Слишком много «напрягающих» факторов – и толпа учителей-наблюдателей, и собственная учительница, которая, чуть что, грозит кулаком.
Но истинная педагогика гораздо шире и интереснее, чем о ней написано в учебниках и методичках.
У Ефремова педагогический стаж – 23 года, у Панченко – 13. С бинарными уроками они в лицее экспериментируют уже года четыре. В прошлом году стали лауреатами учительского конкурса ЛАПРЯЛ.
Неудивительно, что лицеистка Наталья Воротягина стала в прошлом году абсолютной победительницей конкурса по русскому и литературе для старшеклассников СНГ и Балтии, который проходил в Москве.
Жаль, что в финальном этапе всероссийского конкурса «Учитель года России – 2003» нероссийские учителя участвовать не будут, поэтому Ефремов и Панченко туда не поедут. Обидно.

Термин
Бинарный урок – где два или один преподаватель совмещают разные науки (например, литературу, историю, психологию, философию). В бинарном всё построено на диалоге – между учителями и классом.

Екатерина ПЕВНЕВА
28 ноября 2004.

Автор: Светлана Римшевич
05.05.2003
«Вечерняя Рига»

Из России с любовью

Как распорядиться своей жизнью, каждый волен решать сам. Очень многим сегодня профессия учителя ох как в тягость. Мы о других. Живут же некоторые – работают и наслаждаются жизнью. Мужчины в школе – то, что нужно.

Давненько в Пушкинском лицее на уроках русского завелись явления неординарные. Одно из них мне как-то довелось наблюдать – 45 минут осмысления блоковской поэмы «Двенадцать» с привлечением Цербера, Антихриста, Сверхчеловека вдруг заставили серьёзно задуматься о добре и зле. Не в их, марширующих, жизни – в своей. Чистое искусство, в общем. Это под управлением учителя Андрея Ефремова. А время от времени он совместно с коллегой Олегом Панченко, режиссёром лицейского театра и театральным педагогом, проводит так называемые бинарные уроки. То провоцировали учеников признать наказание необязательным следствием преступления, то маленькие трагедии человечества исследовали. Теперь вот расширили географию деятельности – стали ездить с уроками в Россию. В рамках конкурса «Учитель года России – 2003» сначала соревновались на районном уровне – в Пушкиногорье. Там заняли 3-е место за «выступление» с трагедией «Моцарт и Сальери». Ефремов ещё получил специальный диплом «За пробуждение философской мысли», а Панченко – «За воплощение идей Станиславского на уроке».
Следующий уровень, куда их пригласили – областной – только что закончился в славном граде Пскове. Там они вышли победителями в номинации «Русская школа вне России». На очереди финал в Москве... Учителем года стать совсем непросто. Судите сами: помимо представлений педагогической концепции, разработок, защиты, миленькие даются задания. К примеру, вечером обозначается тема – утром следует урок-импровизация. Со взрослыми – с учителями, жюри, зрителями. В Пушкиногорье, например, одну на всех тему «Хотели как лучше, получилось как всегда», наши герои показали на примере ситуации с Борисом Годуновым – как ни старайся, в итоге всё сводится к означенной теме и «народ безмолвствует». Или ещё – заданное стихотворение надо либо проиллюстрировать пантомимой, либо изобразить символами, нарисовать... Причём во всём этом одновременно участвуют учителя любых предметов, даже физрук соревновался - в область, правда, не прошёл.
За бинарный урок берутся редкие специалисты. В родном лицее Ефремов и Панченко к нему готовятся по два-три месяца: «Надо сначала понять, чего мы сами от него хотим». Суть этого мероприятия заключается в том, что «авторы» ведут живую, иной раз чрезвычайно горячую дискуссию c аудиторией (по произведению русской литературы, разумеется). Тут им важно определиться с главной линией, а в процессе иной раз уклоняются и процентов на 50 от задумки – разговор-то живой.
Для Андрея Ефремова этот конкурс далеко не первый. Он уже становился Учителем года в Латвии, в качестве лауреата российского же конкурса учительских эссе в прошлом году присутствовал на юбилее Москвы... И что это всё даёт? «Если сидеть в своём узком мирке и никуда не вылезать, то могут развиться разные комплексы – от неполноценности до сверхчеловека, - говорит Андрей. – А когда выходишь «в люди», особенно на международные конкурсы, начинаешь лучше видеть свою сущность – кто ты есть на самом деле. Олег в Пскове так и обозначил свой интерес: «Приехал, чтобы узнать – учитель я или нет». Режиссёр лицейского театра ведь тоже ведёт и воспитательную, и образовательную, и творческую работу. Для того, чтобы творить дальше (а именно такой метод оба педагога исповедуют в своей работе), нужно постоянно развиваться, передавать свой опыт и перенимать чужой - иначе откуда возьмутся новые идеи? «И потом, из России я всегда возвращаюсь в состоянии душевного подъёма, - признаётся Андрей. – И в Пушкиногорье, и в Пскове нас прекрасно принимали. Собственно, самое сильное впечатление производят люди. В прошлом году в Москве в мэрии нас принимал и награждал Юрий Лужков. Такое внимание показывает, что это не формальный жест, и даёт понимание, что я не заброшен куда-то на задворки, для России важна моя работа. И для моих учеников, конечно же. Они болеют за нас и гордятся нами. Приятно, чего скрывать!»

Елена СЛЮСАРЕВА
28 ноября 2004.

Автор: Светлана Римшевич
07.09.2004 (№ 35)
«Люблю!»

С Новым годом, любимые!

У всех школьных учителей есть традиция: 1-го сентября они поздравляют друг друга с Новым годом. Ведь их временной отсчёт отличается от общепринятого: академический год длится с начала осени до конца весны. Галина РЕЖЕПП – преподавательница русского языка и литературы рижского Пушкинского лицея – тоже поздравляет своих коллег, а также учеников и их родителей с новым 2004-м годом. И искренне желает счастья – несмотря на все трудности, которые ожидаются с введением общеобразовательной реформы русских школ.

Шестое чувство

К будущей профессии Галину подвёл случай и, наверное, интуиция: после 8-го класса она прочла в газете объявление о наборе в класс с гуманитарным уклоном. Такие «углубления» в то время были редкостью, поэтому Галя тут же перевелась в школу № 79 и с головой окунулась в изучение русской литературы и языка. Естественно, после окончания школы девушка прямиком отправилась на филфак ЛУ. Благополучно его закончила, вернулась к «родным пенатам» в качестве педагога и вот уже 15 лет успешно учительствует в знаменитом Пушкинском лицее (так теперь называется та особенная школа № 79).
Удача сопутствует Галине не только в профессии, но и в личной жизни.
- Однажды знакомая пригласила меня на день рождения. Каким-то шестым чувством я поняла, что вечер будет для меня особым. Так и случилось: на вечеринке я познакомилась со своим будущим мужем Олегом. Сегодня нашей семье уже 15 лет и у нас подрастают 12-летняя София и 2-летний Станислав.
Галина всегда мечтала о двух детях, поэтому, когда на свет появился Стас, к ней наконец-то пришло внутреннее ощущение: материнская миссия выполнена!
- Мои дети такие разные! Общаясь с ними, я словно открываю для себя новые вселенные. При этом во «вселенную по имени София» мне проникнуть гораздо проще: женщина женщину поймёт всегда. А вот Стас – это что-то особенное, пока неизведанное, но потрясающе интересное!

Язык – это Родина

Открытием «новых галактик» можно назвать и Галинину работу. Она убеждена: каждый ребёнок, который у неё учится, уникален. А чтобы эти «галактики» по-настоящему раскрылись, она старается на занятиях затрагивать вопросы, в первую очередь интересные ученикам. Например, если это урок риторики, то задаётся тема: «Какой я хочу видеть свою будущую жену?» или «Я - русский!» Если урок литературы, то по желанию детей могут обсуждаться столь популярные сегодня книги Пауло Коэльо. Но произведения школьной программы – это святое: Галина не только изучает их с учениками, но и сама регулярно и с удовольствием перечитывает. «Уникальность «Войны и мира», «Мастера и Маргариты» или стихов Бродского, - считает она, - в том, что при каждом прочтении в них открывается новый смысл!»
- Я преподаю русский язык в 10-х – 12-х классах. Как учитель вижу своё предназначение не только в том, чтобы привить им вкус и любовь к качественной литературе, научить их грамотно и образно говорить, но и помочь им не утратить своей национальной идентичности. Русский язык – их родной. А значит, это основа их мировосприятия, база для личностного развития. Разумеется, человек должен знать язык страны, в которой живёт, но если он не владеет своим родным в совершенстве - то, увы, ущербен... Именно поэтому я выступаю за то, чтобы каждый ребёнок мог сам выбирать, на каком языке ему учиться.
При этом Галина всячески подчёркивает, что она – за разумный диалог, а не за экстремальные способы борьбы против школьной реформы. А ещё она сетует:
- Считается, что реформа – это эксперимент. Но раз это так, где же экспериментальная группа, на которой бы всё обкатывалось? Если подходить с научной точки зрения, то надо было бы взять несколько добровольцев, преподавать им химию и математику на латышском языке и в течение всех 12 лет учёбы наблюдать за происходящим. А сейчас получается, что опыт будет ставиться на всех детях поголовно, при этом за конечный результат не ручается никто!

Цветы жизни

Галина верит в победу здравого смысла. Являясь членом Латвийской ассоциации преподавателей русского языка и литературы (ЛАПРЯЛ), она принимает активное участие в деятельности этой организации: разрабатывает задания для олимпиад по русскому языку и литературе, организует литературные конкурсы для учеников, готовит конкурс «Учитель года» среди педагогов-словесников, формирует команды для международных олимпиад и осуществляет массу других полезных дел в рамках ассоциации...
Когда же от любимой работы, от обожаемой семьи и от общественной деятельности начинает идти кругом голова, Галина спасается... цветоводством! И пусть у неё пока нет своего сада или оранжереи (это в планах и мечтах!), зато есть 104 горшочка с разными домашними растениями, которые очень даже уютно себя чувствуют в городской квартире.
- Они не просто живые, но и наделены интеллектом! Например, когда я недавно собралась выкинуть увядшие фиалки и сказала об этом вслух, то они... немедленно расправили листики и зацвели! Кстати, муж тоже разделяет моё увлечение цветами. Цветы придают нам сил, дарят энергию и тепло. Так же, разумеется, как и дети, – самые чудесные цветы нашей жизни!

Ольга СТОПИНСКАЯ
07 сентября 2004.

Автор: Светлана Римшевич
6.10.2001
«Час»

НЕ ВЕРЬ, НЕ БОЙСЯ, НЕ ПРОСИ

Во дни сомнений, во дни тягостных раздумий... Пришло время вспомнить о великом и могучем как о единственной опоре и поддержке. В эти самые дни мы стоим над пропастью великих перемен. 2004-й год станет вторым звеном в цепи, на которую мечтают посадить русских Латвии идеологи преобразований. А первым, если помните, был перевод на латышский язык высшей школы.

Кто-то из мудрых заметил, что только в одном языке мира - русском! - воля означает и силу преодоления, и символ свободы, отсутствия преград. «У нас нет силы воли» и «Я пришел, чтобы дать вам волю» - разница очевидна. А вот «пропасть», независимо от ударения, означает погибель...
«Как ни вытравливай русское слово, как ни вытесняй его на задворки, оно обречено жить вечно. Я бы даже сказала жёстче: чем упорнее язык загоняется в духовную эмиграцию - тем бережнее хранят его носители и тем более живучим он становится», - с этой парадоксальной мысли, высказанной преподавателем русского языка и литературы рижского Пушкинского лицея, лучшим учителем 1998-го года Галиной Режепп, началась наша беседа о судьбе родного слова.
- Пожалуй, в этом смысле русские Латвии будут сродни эмигрантам первой волны, - продолжает Галина Алексеевна. - Вопреки воле оказавшись за пределами России, они не только сберегли родной язык, культуру и самосознание, но и сумели передать это богатство своим потомкам, которые в большинстве своём говорят, читают и чувствуют по-русски. К счастью, тенденции похожей бережности заметны уже здесь и сейчас.
- Значит, языковеды не правы, утверждая, что удел русского языка в Латвии - медленная, но верная деградация?
- Правы, но не во всём. Конечно, всегда были и будут ассимилянты, манкурты, не помнящие родства... Но вот что интересно - одна наша выпускница, которая сейчас учится в вузе на латышском языке, очень точно выразила типичную для русскоязычной молодежи точку зрения: «На латышском языке я вынуждена говорить, английский необходим для будущей профессии, а родной русский - наслаждение и отдушина». То есть именно та самая хрестоматийная тургеневская опора и поддержка. Это лишний раз доказывает, что любое насилие над национальными ценностями только укрепляет их. Теперь даже многие наши латышские коллеги понимают: русская школа - та глыба, расколов которую, можно нанести непоправимый ущерб гражданскому обществу.
- Формально реформа образования затевалась на благо нацменьшинствам - чтобы они чувствовали себя полноценно в титульной среде, могли держать конкуренцию на рынке труда и т. д.
- А выпускники русских школ и так чувствуют себя полноценно. Вот пример нашего лицея: каждый год около 80 процентов его выпускников поступают в вузы. Из них лишь единицы выбирают русскую филологию, российское или западное образование. Остальные штурмуют латвийские университеты, идут на философский, юридический, экономический. При этом оставаясь русскими. Аналогичная картина и в других школах, колеблется лишь процент поступающих.
Да, многие не скрывают, что вынуждены говорить по-латышски. Но ведь говорят, и уже давно. Через несколько лет после упразднения высшего образования на русском языке стало ясно: наши пробиваются. И учатся в университетах наравне с латышами, а иногда даже успешнее. И находят приличную работу - потому как, в отличие от своих латышских ровесников, свободно владеют ещё и русским языком. И, кстати, занимают чьи-то места под солнцем. А теперь представим, что сложную науку выживания им придётся осваивать со школьной скамьи. Боюсь, просчитать последствия 2004-го года под этим углом зрения реформаторам и в голову не пришло.
- Галина Алексеевна, Вы уже 12 лет преподаёте русский язык и литературу в старших классах. Нет ли у Вас ощущения, что сейчас интерес к этим предметам уже не тот, что был десять лет назад?
- Изредка слышу: «А зачем нам русский? Мы его и так знаем». Отсюда вседозволенность по отношению к языку, культуре речи, трудности с выражением мысли. И тут уж учитель - кто личным авторитетом, кто оживлением методики - пытается восстановить престиж своих предметов. Я, например, уже давно не вызываю учеников к доске, использую дискуссионные методы, вовлекая в работу весь класс. Главное, чтобы на уроке было интересно. Конечно, в любой школе найдутся дети, которым лень учиться, но в нашем лицее таких мало. Сюда не идут случайные люди, потому что общеобразовательная планочка у нас выше - как-никак статус обязывает. Лицеисты и читают больше, и способны анализировать глубоко, за частным увидеть общее. Знаю, что в некоторых школах именно «проходят» литературу: сюжет уловили, выяснили, куда герой пошел, что сделал, - пора брать новую тему. А настоящий смысл произведения проходит мимо, и в памяти может остаться просто «дурак Базаров, который лягушек резал да и помер в конце концов».
- Вы говорите: много читают. А что читают - Акунина и Пелевина или, может быть, «Толстоевского»?
- Если читают Акунина и Пелевина, то небезнадёжны. Ведь этих современных авторов не откроешь для себя без классической базы, без Толстого и Достоевского. Подавляющее большинство моих старшеклассников во время летних каникул читают «Войну и мир». Причём с интересом, и не только «мир», но и «войну». Многие за лето успевают увлечься Достоевским и уже в сентябре спрашивают: «Когда же мы им займёмся?» Романы Достоевского очень современны - «Братья Карамазовы», «Бесы», «Преступление и наказание». Иногда даже страшно погружаться в бездну этих образов - такие живые аналогии напрашиваются. Сидят себе обнищавшие маленькие люди в комнатках-гробах, одетые летом в пальто, и неизвестно, что за идеи носятся в их головах... Всегда в топе булгаковские «Мастер и Маргарита» и «Собачье сердце» - фантастика, инфернальность, всё необычное привлекает. Сама люблю Довлатова и стараюсь влюбить в него учеников. Конечно, можно не принимать Островского и даже Толстого, но чтобы участвовать в дискуссии, нужно знать её предмет. Вот прочти хотя бы одно произведение и приведи мне убедительные аргументы в пользу твоего неприятия - на это я ещё могу пойти. Я ставлю оценку не за убеждения, а за знания.
- Мандельштам писал: «У интеллигента не биография, а список прочитанных книг». Невольно наблюдая общение молодежи, как-то не верится, что интеллигенция имеет большой шанс выжить...
- Новое поколение не хуже - оно просто другое. Мир вокруг нас очень радикально меняется. Если два последних столетия общество было литературоцентричным, то сейчас оно становится техничным, технологичным и слишком прагматичным. Может быть, это естественно, но немного грустно оттого, что гуманизм, духовность уступают место жёсткости, рациональности. Испокон веков литература была тем живительным источником, откуда человек брал какие-то ориентиры. Литературное слово учит сострадать, ставит перед нами вопросы нравственного выбора, проповедует христианские ценности. Не всегда такую опору найдешь в семье, а в церковь идут не все, именно поэтому я считаю школу последним очагом духовности и культуры, а учителей - миссионерами, при условии, конечно, что они не «проходят» материал, а ставят перед собой какие-то более высокие цели.
- Может быть, стоит начать хотя бы с пропагандирования грамотной речи?
- Вот это действительно бич! У нас здесь особая ситуация: рядом латышский язык со всеми его кальками и словечками - «ринда», «аплиециба», «шаусмас», «мне нет времени»... Велика и экспансия английского: «оффшор», «трансфер», «блокбастер», «пиар», «трэнд»... А компьютерный сленг - «чат», «сайт», «атачмент» и прочее? Между тем русский язык «так богат и гибок, что нечего брать у тех, кто беднее нас» - прав был Тургенев.
Впрочем, ради справедливости надо сказать, что по сравнению с Россией мы здесь оказались даже чуть-чуть в привилегированном положении. Там отношение к языку хуже, и я была этому свидетелем. Как повар у Ноздрёва, который суп варил по принципу: кидай туда всё подряд - что-нибудь да сварится. И старики, и дети, и серьёзные дяди по телевидению такое говорят! «В законе прописано», «тексты озвучили», «кислотный прикид», «продвинутые люди» и вот теперь - «проталибски настроенные»... Я задала вопрос петербургской профессуре: почему у вас так говорят? Они пожали плечами, уже успев привыкнуть к этому «супу». У нас всё же отношение чуть бережнее, чуть тщательнее.
- Наверное, чувствуем: есть что терять?
- Видимо, так. И потом, как ни странно, в старших классах нашей латвийской программы помимо родного языка и литературы есть обязательный курс риторики и культуры родной речи, отдельно идёт анализ художественных произведений. Могу сказать по своим лицеистам: если грамотность блещет не у всех, то устная речь развивается, и они пишут очень хорошие сочинения. Так что тут мы даже впереди России оказались: у них такого в стандартах нет.
- И всё же за российских русских отчего-то спокойно: их родной язык не будет поглощён ни татарским, ни удмуртским...
- И наш не будет поглощён латышским. Язык не обманешь. Можно переписать историю, поправить географию. Но человеческая речь - это определённый уровень развития нации, духовный пласт. Энергетику слов «Вознесение», «Преображение», «Спас», «Богоматерь» никогда не передашь на другой язык - в них сокрыт не объяснимый словами смысл. Недавно я побывала в новгородском храме Спасо-Преображения Господня. Вышла оттуда озарённая и только тут увидела англоязычную вывеску - для туристов. На ней было написано: God’ s Transfiguration Church. Способно ли это название затронуть душу британца? Вряд ли. Наверняка для этого в английском языке есть другие слова.
- Большое спасибо за беседу.

КСТАТИ

Весной российская газета «Труд» проводила конкурс среди учителей русского языка стран СНГ и Балтии на лучшее эссе «Наше Отечество - русский язык». Представители Латвии - Галина Режепп и Светлана Гущина - оказались в числе победителей. В награду они получили денежные премии и приглашение на съезд соотечественников, который пройдёт в Москве через неделю.

Элина ЧУЯНОВА
06 октября 2001.

всего: 17
показано: [1-17]

Ваш ответ на тему: Публикации о преподавателях Лицея

Автор: Гость
Email:
Сообщение:
Authorisation code Введите первый, четвёртый, шестой символ.

Смайлики


Создание 5 марта 2002 года. Copyright © 2002-2015. http://pushkinlyceum.lv
All rights reserved. Любое копирование содержания сайта и фотографий возможно только с разрешения авторов. По всем вопросам обращайтесь к разработчикам.
Хостинг Latvijas tikli.
НАЧАЛО
НОВОСТИ
ЛИЦЕИСТЫ
ДНИ РОЖДЕНИЯ
МЫ В КАРТИНКАХ
О ЛИЦЕЕ
ССЫЛКИ
УЛЫБНИСЬ!
ЛОГИН
ГОСТЕВАЯ КНИГА
ФОРУМ

ФОБОС: погода в г.Рига

Яндекс.Метрика